Блогерша 7

Нина Ивановна поджидала Елену в отделе кадров. Она сама сунула ей подписать приказ на увольнение и хитро подмигнула.

‒ Трудовую я уже забрала. Пойдём, тут кафешка рядом. Покалякаем о делах наших скорбных.

На выходе из телецентра, женщины наткнулись на главреда, только что изволившего прибыть на работу, которую искренне считал почётной госслужбой. Он вытаращил глаза и сделал такое выражение лица, будто возжелал произнести торжественную нравоучительную речь на пионерской линейке в школе по поводу роли молодого поколения в строительстве светлого коммунистического будущего. Но его взгляд наткнулся на Нину Ивановну и  губы непослушно поехали в сторону от мыслей. На выходе говорильного аппарата, женщины услыхали несмелое:

‒ А вы куда это?

Нина Ивановна презрительно окинула взглядом главреда и его новую помощницу по маркетингу, неуклюже выносящую из служебного автомобиля модельные ноги, больше похожие на ходули в сетчатых колготках, и очень громко продекламировала:

‒ Я на обеденный перерыв, а она, - женщина кивнула на Елену, - как самурай, идёт выбирать путь. Но тебя лично это уже не касается.

Главред скривился и протянул руку к Елене, став похожим на сутулый памятник Ленину, указывающему путь угнетённому пролетариату в неизвестность.

‒ Какой путь? – Переспросил он, - Ещё только одиннадцать. У нас обед с тринадцати по внутреннему распорядку…

‒ Так у нас и рабочий день с девяти по внутреннему распорядку. – Нина Ивановна бросила уничтожающий взгляд на маркетинговую модель, запутавшуюся в меховом манто.

‒ Мы с помощницей обсуждали концепцию развития рекламного контента на новостных каналах… - начал было оправдываться главред, но запнулся на полуслове, перехватив взгляд Нины Ивановны в районе своего живота.

‒ Ну тогда застегни ширинку на своём новостном канале, а мы пока кофейку попьём. – Нина Ивановна подхватила Елену под руку, и они направились в уютную кафешку, служившую в областном центре рассадником вольнодумства, всяких неопасных акций протеста, а также собиравшее за чистыми, но потёртыми столиками на постоянной основе крайне обиженных медийщиков вперемешку с местной гламурной публикой, перманентно протестующих против пенсионной реформы, притеснения свобод и при этом нещадно критикующих всех лауреатов пулитцеровской премии.

Бармен-бариста, увидев новых посетителей, дал сигнал своей помощнице в подсобке,  подскочил к Нине Ивановне, помог раздеться и с подобострастным поклоном спросил:

‒ Вам как всегда?