Игоря словно ввели в ступор.

«Я ещё не успел звание получить и уже работаю не на родное ведомство, а на бизнес. – Подумал он и брезгливо дёрнул шеей. – Но я ведь ещё не продажный коп?»

Розумовский уже собрался было вставать, но тут на скамейку рядом с ним плюхнулся знакомый потёртый портфель, а голос руководителя оперативно-следственной группы, в которую включили стажёра, произнёс:

- У тебя тут не занято? Тогда я присяду рядом и послушаю, как ты случайно оказался в этом парке, чтоб набраться вдохновения перед большим расследованием.

Игорь мигом вспомнил практически все примеры, которые приводили ему преподаватели о том, как оперативные сотрудники в своей работе прокалывались на мелочах и собрал в железный кулак все нервы, которые ещё подчинялись воле.

- Вы очень проницательны, товарищ майор. – Розумовский начал выполнять алгоритм «придурок в несознанке», который предлагался, как последнее средство опера на допросе, припёртого к стене. – Мне и объяснять вам нечего. Сами всё рассказали. Спасибо вам большое. Я пойду вещи собирать?

- Если ты мне всё сейчас не расскажешь, можешь оказаться с этими вещами в камере. – Трифонова положила руку на плечо стажёру и больно сжала ключицу.

- Товарищ майор, осторожнее, - Игорь напряг верхнюю дельту, - не приведи господь ваш супруг увидит нас и подумает, что мы обнимаемся.

- У меня нет супруга. – Трифонова сняла руку с плеча стажёра. – Был, но я его посадила на восемь лет. Он тоже пытался не слушаться меня.

- О, я люблю такие истории! – Игорь повернулся к следовательнице и сложил ладони, имитируя полное внимание. – Чем он провинился? Носки вовремя не стирал?

- Нет, он мне праву не говорил. А вот если бы сказал, мог бы не загреметь на красную зону. Ну прямо, как ты сейчас.

- И какую правду он скрывал от вас?

- Он не сказал мне, что связался с плохими дяденьками, которые крышевали преступный бизнес. Стал приносить домой пухлые конверты. А когда ими занялась служба внутренней безопасности, отмазались все, кроме него.

- Вы думаете я с плохими дяденьками связался?

- Слушай, стажёр, - голос Трифоновой стал вдруг серьёзным, без малейшей тени иронии, - мне глубоко наплевать на твои предыдущие дела с Фридманом. Но мне не наплевать на то дело, которое веду сейчас. И я раскручу его с твоей помощью или без неё. Но ты многого не знаешь. В городе началась война за передел собственности. Фридман – одна из сторон боевых действий. И моя задача – минимизировать ущерб и по возможности не допустить передела. Мне не жаль этих уродов, пусть палят друг в друга. Но они поддерживают хлипкое равновесие и в городе пока нет доминирующего монстра, который наложит грязную кровавую лапу на всё, включая органы защиты правопорядка. Считай, что я прошу у тебя помощи.

Игорь удивлённо посмотрел на Трифонову и не заметил ни малейшей угрозы в её взгляде.

- Почему именно я? – Робко спросил он

- О, мой юный друг! – В голосе Трифоновой снова появилась ирония. – За все эти годы мимо меня промаршировала не одна сотня сотрудников, ошибочно считающая себя чем-то средним между Шерлок Холмсом и комиссаром Мегре. Но поверь мне, они не стоили и сотой доли процента от идеального опера главка, каким я его себе представляю.